Days 60-62

Без малого шедевр любимого многими Стинга. Спасибо Шебу Мами за его работу на подпевке. С этой композицией я всегда отправляюсь мысленно в пустыню: родной Узбекистан и Кызылкум, зов крови — Туркмения, а оттуда дальше согласно зову сердца — Израиль — и зову воспоминаний — Саудовская Аравия и Эмираты. Настанет день, я отправлюсь на мотоцикле с востока на запад и сниму невероятное видео о своей поездке. Обязательно под эту песню. Для меня Стинг — это «Дюна» Герберта и Desert Rose.

Days 60-61.

Сразу предупреждаю, текста будет очень много.

С вечера 59 дня я сделал намётки на план — поехать на плато Болавен, потратить на это весь день, вернуться. Что вы думаете? Я проспал. Проснулся часов в 11 с жуткой головной болью. Спал очень плохо: жара да комары. С утра проснулся со следами укусов и понял, что надо с этим что-то делать. Пусть даже самый ужасный крем — его необходимо использовать.

Полдня просидел в гестхаусе. Пил пиво, смотрел Monster, гулял по городу. Сходил до речки, искал открытки. Не нашёл. Стив уехал рассекать на своём мотоцикле по плато. Встреченная мною немка, Тамара, тоже решила уехать с ночёвкой на пару дней на плато. В итоге остаток дня я провёл за анализом гражданского законодательства и всего прочего.

Вечером, к слову, встретил брата и сестру (были очень похожи, поэтому нарёк братом и сестрой) из ФРГ. Родители родом из Оренбурга. Разговаривали по-русски. Это был четвёртый разговор по-русски за мою поездку: девушка из России-Украины, Лёша из Питера, Хэтти из Лондона (учит русский) и эта парочка. Должны были заселиться в наш гестхаус, но потом нашли нечто дешевле. За 25 000 кип за ночь (менее 3-х долларов). Я встретил ребят, когда пошёл искать ужин. Тестировали байки.

Собственно, следующим утром я проснулся в 7, сменил комнату, переселился в дорм (три кровати) на втором этаже в надежде, что там будет не так душно, как на первом. В 8 вышел из гестхауса и направился к ближайшему пункту аренды скутеров, где встретил упомянутых ребят из ФРГ.

Остановил свой выбор на полуавтомате Honda. Сперва было крайне непривычно кататься без сцепления. Но быстро освоился и поехал на плато. В голове мгновенно всплывают подробности ПДД, назубок выученные в очередной раз в октябре перед экзаменом в ГАИ. Медленно, но верно я добрался до сельской дороги. И, вот тут, я понял, что такое Лаос.

Лаос — страна улыбок. Вся красота Лаоса сосредоточена в селе. Паксе — это крупный город по меркам Лаоса (пусть его можно обойти за 30-40 минут весь). Девушки, даже мужчины стараются использовать крема, зонтики, беречь кожу, чтобы она была белой. Но симпатичными большинство назвать тяжело. Зато деревня — это кладезь красоты. Загорелые, видно, работают целый день, продавая скарб у шоссе, или в поле, или пасут скот. Тем не менее, столько красоты внешне и внутренне, во взгляде, я не видел пока нигде: ни в Тайланде, ни в Камбодже. Каждый ребёнок, каждый житель деревни, видя тебя, машет рукой, приветствует на английском или на лаосском. Улыбаются. До ушей. Предлагают помощь. Это невероятное ощущение непосредственности и искренности, которая что в России, что на Западе давно утеряна. Изредка в деревнях или маленьких городах можно встретить что-то, отдалённо напоминающее на это. Робкий разговор: откуда, что, Россия, уау, может, вам что-то особенное, и вообще США (Голландия, Англия, Словакия, Греция и т.д.) разные, не все мы такие гордые, как в [вставить желаемое].

Как бы мне ни хотелось встретиться, поговорить, обняться с кем-нибудь или с каждым из приветствующих меня жителей, сделать я этого не мог. Нужно было ехать на водопады. Вскоре я ограничивался лишь взмахом руки и улыбкой. Неопытный водитель — горе для дорожного движения. Ведь последний раз за рулём я был в 2008 году. А за рулём мотоцикла на шоссе вообще никогда.

Первую остановку сделал у водопада Э Ту. Сначала я уехал не туда. Пошёл в объезд. Оказался в какой-то деревне. Понял, что еду не туда, увидев удивлённое выражение лица местных жителей. Заехал в близлежащий храм, спросил у детворы, куда ехать, один из подростков объяснил. Все улыбались и были, кажется, счастливы меня видеть.

Вскоре я прибыл в некое подобие отеля. С меня содрали плату за парковку и вход на водопад. Сразу оговорюсь, общие расходы колеблются от 8 000 кип (1 доллар США) до 15 000 кип (почти 2). Спросил, можно ли купаться. Сказали, да. Пошёл сначала наверх. Слышал грохот вдалеке. На него и ориентировался. Пришёл, увидел, обомлел. Очень красиво. Особенно красиво видеть две-три радуги. Промочил ноги, доел бананы, посидел, подумал и решил спуститься к подножию. Там скинул верхнюю одежду и гулял в воде туда-сюда. Повалялся под потоками воды, посидел, обсох, встретил каких-то путешественниц, помахал ручкой и вернулся к мопеду.

Далее меня ждал Тад Фане. Я думал, там тоже можно искупаться. Не тут-то было. Стоишь вдалеке, видишь два водопада. Вода низвергается с громадной высоты куда-то в дыру. Не видно ни реки, ни дна. Ничего. Вода просто уходит в никуда. И это завораживает. Позднее от Стива я услышал, что можно дойти до верхней части через джунгли. И даже к подножию. Тоже через джунгли. Правда, надо постоянно сверять путь с GPS и одеться соответствующим образом: штаны, ботинки, длинные рукава. Ведь внизу влажно, скользко. Кругом полно насекомых. Я, само собой, такой манёвр не предпринял. Стив же, как я узнал позже, пошёл до конца и не пожалел. Хотя несколько раз был готов сдаться.

Далее я прибыл к Тад Фане. Когда доехал до поворота (которые, к слову, крайне сложно заметить, равно как знаки о том, что рядом водопад), увидел тех же девчонок на мопеде. Обогнал, пошёл к водопаду. Также оплатил всё, залез наверх, разделся. Было где прилечь, были углубления словно ванная. Валялся и нежился. Девчонки пошли просто спать на траве. Пришли ещё туристы, в т.ч. японцы. При виде меня смеялись. Потом присел в основной поток воды, что несёт её вниз. Хотел сесть прям на середину, но передумал. Слишком сильное течение. Достаточно поставить ногу поперёк течения и всё, чувствуешь, что тебя сносит. Вернулся в свою «ванную». Пошёл собирать вещи и заметил на ногах каких-то мелких червей. Крохотных совсем. 3-5 миллиметров. Я решил, что это личинки. Потом пришёл к выводу, что это мелкие пиявки. В любом случае, их легко снимать с тела, а после остаются маленькие покраснения на коже, как от укуса комаров. Хотя нет. Лучше. Комары оставляют волдыри. Иной раз громадные. Предупредил других туристов о пиявках. Одна девчонка была в шоке. Запаниковала. Я — нет. Правда, понадеялся, что не залезли в трусы.

И ещё. Некоторые товарищи пугают, мол, в Азии нельзя купаться, ибо тебе червь залезет в причинные места. Это всё бред. Есть такая рыба — обычная ванделлия. Она пьёт кровь, забираясь в жабры крупных рыб. Затем уплывает. К сожалению, имеются примеры, когда рыбка, по виду напоминающая червя (вытянутая форма, гибкое тело), залезает людям в причинные места, но выбраться не может. Необходимо хирургическое вмешательство, приём препаратов, чтобы избежать последствий (умирает внутри, гниёт). Водится рыба ТОЛЬКО в бассейне реки Амазонка, т.е. в Южной Америке. Это раз. Два — в водопадах рыбы вообще не видно. Ни мелкой, ни крупной. Самоубийственно туда плыть, ибо убьёшь о камни. Животные это, как я полагаю, понимают. Соответственно, купаться вверху и внизу водопада можно. Главное — соблюдать осторожность. Камни очень скользкие. Потом сносит. И далее возможны травмы или переломы (соскользнул, нога застряла меж камней, поток понёс и давай, до свидания).

Возвращаясь к теме. После купания я полез вниз. Держал вещи в руках. Потом понял, что крайне скользко. Ступенек либо нет, либо есть, но это камни. Вокруг испарения, влага. Камни становятся очень скользкими. Если на них ещё и глина — крах неизбежен. Я был легкомысленным, что занял руки своим скарбом. Результат не заставил себя ждать — я упал. Благо, на голове был шлем, головой я не ударился. Лишь пара ссадин на левой руке да вся одежда в грязи. Проблема также была в том, что я изгадил в глине свою GoPro. А камера, к слову, была не в футляре. Я снимал, пока шёл. И, да. Видео с падением будет выложено ПОСЛЕ видео по Тайланду и Камбодже. Я напомню вам об этом.

Весь в грязи, я спустился к воде. Пришлось раздеваться и голышом всё стирать. Частично мне это удалось. Камеру я спрятал, чтобы вычистить от грязи уже в гестхаусе. Влага только сделала бы хуже.

После Тед Неуанг мне предстоял длинный переезд на север плато. Я двинулся в путь. Дорога становилась всё менее людной. Когда я проезжал какую-то деревню, заметил купающихся в мелкой речке детей. 20-30-40 детей. Все купаются. Половина голышом. Все смеются. Мальчики, девочки. Вместе. Никакого разделения по признаку пола. Я удивился.

Заехал в близлежащее кафе купить воды. Спросил про еду. Мне предложили варёные яйца. Я попросил лапшу. Мне показали лапшу из теста, что только что подготовлено к приготовлению. Я снова удивился. Съел тесто, понравилось. Ждал суп. Принесли огромную тарелку супа с мясом, зеленью. Подъехали какие-то местные ребята. Спросили, говорю ли я на местном языке. Пожал плечами, помотал головой. Засмеялись. Потом сидели, курили, смеялись, улыбались. Смотрели на меня. Но без хитрости, злобы. Просто, как на диковинную зверюшку.

Я не доел. Просто чуть не умер от столь большого количества еды. Попрощался и поехал дальше. Прибыл к водопаду Тад Ло. Встретил Тамару. Это было очень странно увидеть коллегу по гестхаусу именно в тот момент, когда она направлялась в новое жильё, чтобы не возвращаться в Паксе.

В этот раз платить за вход не надо было. Сделав снимок, я поехал дальше. Прибыл к водопаду Фа Суам. Тут я понял, что сгорел. Кисти, шея, плечи кое-где, лицо. Умылся. Почему-то корейцы при виде меня смеялись и подтрунивали, но здоровались. Борода или сгоревшая кожа тому виной. Без понятия.

У водопада я встретил тук-тукера с нашего гестхауса. Он меня узнал. Сначала двинулся он, потом я. Я его через час обогнал на дороге. Я следовал до гестхауса, поскольку было уже поздно. Темнело. Не хотелось ехать в темноте. Ведь вылезает мошкара, которые крайне надоедает во время езды на мопеде — постоянно попадается на пути, разбиваясь о тебя.

В гестхаус я прибыл после заезда в маркет. Взял пару бутылок пива и сел на крыльце. Познакомился с двумя другими американцами, но с Вирджинии. С ними были девушки из Франции. Причём полный набор: азиатка, темнокожая, светлокожая. Все говорили на французском. Порой ругались (я понимал по интонации). Чёрт. Даже когда они матерятся, это звучит божественно.

Пошли всей компанией искать кафе. Я после пива не был голоден. Потом вернулись в гестхаус. Я хотел встать в 6 утра, чтобы поехать в храм. После ещё двух бутылок пива я отрубился во время просмотра Monster. В руках у меня была антикомариная спираль. Я уснул, когда она тлела. В итоге прожёг простыню и даже матрас. Сообщил потом менеджеру. Они не предприняли никаких мер ответственности. Я был рад.

Day 62.

Встал в 9 вместо 6. Ребята уже давно поднялись и ушли искать мопеды. Я сел на свой и двинулся к храму Ват Фу. Сначала хотел заехать к золотому Будде, что улыбается всем жителям Паксе с горы с той стороны реки. Не нашёл дороги, решил заехать на обратном пути.

Ехал до Ват Фу долго. Долго-долго. Справа горы, обрывы, поля, фермеры. Иной раз встречались автобусные остановки. Просто хибара: стены да крыша. Иногда просто навес или ещё хуже. Смешно. Правда, от смеха дорожная пыль застревает между зубов. Так что лучше ехать с покерфейсом.

В итоге добрался до храма. Ожидал если не Ангкор Ват, то нечто сравнимое. Думаете, ожидания оправдались? Нет. Заплатив баснословные 50 000 кип (60 000 стоит билет на автобус до острова Дон Дет близ границы с Камбоджей), а также за парковку, я пошёл к храму. На небольшом туристическом автобусе меня довезли до террасы. Я пошёл к храму. Он наверху, на склоне. Нужно подняться по очень высоким ступенькам. Добравшись до пункта назначения, я немного поник. Это небольшие развалины с алтарём Будды. Близ находится источник. Если идти вправо, можно увидеть нагромождение камней. Это остатки храма. В каких-то камнях угадываются очертания лестниц, в каких-то — очертания животных. К примеру, слона или геккона. Меня очень поразил отпечаток слона и ноги слона на скале. Я так и не понял, что это. Инстинкт Индианы Джонса подтолкнул исследовать камень, давить, нажимать на какие-то части. Тщетно. Потайных входов не было. Ничего не открылось.

Я пошёл обратно, сел на байк и уехал. Уже по пути к байку я решил, что стоит всё-таки не до Паксе ехать, а срезать — воспользоваться паромной переправой неподалёку. Доехал до парома. Это был сюрприз. Просто две лодки с досками поперёк обеих. Завозишь байк на лодку, лодочник включает бздюшный мотор. Вуа-ля! Плывёте. На другой стороне он помогает перевезти байк на другую такую же лодку и машет рукой на прощанье. На всё про всё 30 000 кип. Немало за такую нехитрую работу.

Я поехал. Итак времени потерял достаточно. Прошло часа 2, и вот, после нервов, зноя и мошкары я сворачиваю направо на сельскую дорогу. Еду долго. Нередко с горочки. Вспоминаю навыки экстренного вождения с горы. Добираюсь до какой-то деревни, вижу шлагбаум. Никто меня не спрашивает насчёт билетов. Я припарковался и посмотрел на вывеску. Тад Таисцека. Не видел такого ни на GPS, ни на карте, что мне выдал шеф байков.

Начал спуск. Просто ступеньки из земли. Добрался до джунглей внизу. Слышал грохот. Близко. Но было стрёмно идти через заросли. Без мачете стрёмно. Поискал палку. Тщетно. В общем, плюнул на всё, на насекомых, пауков, на возможные ужасы, что ждут впереди. Двинулся. И тут началось.

Некоторые знакомые, друзья или люди, которых я встречаю во время путешествия, говорят, что я ненормальный. В смысле, что я псих, что у меня не в порядке головой. Часто в позитивном плане, но некоторые наоборот. Я не берусь судить, так это или нет. Меня устраивает большая часть того, что происходит.

Дело в том, что когда я шёл, мне вспомнилась композиция Алана Сильвестри из фильма «Хищник». Случайно, она оказалась у меня на телефоне. Я одел наушники и пошёл сквозь джунгли под эту композицию (она ниже, ссылка на ю-тьюб).

Полное растворение в атмосфере композиции. В какой-то момент если не хотелось, то просто было бы интересно увидеть нечто, от чего не то что «шептуна пустишь», но «пронесёт». К счастью, ничего не произошло. Я добрался до водопада. Он был скрыт склоном, деревом. Передо мной был лишь порог. Я забрался по камню. Один на другом покоятся, как пластины. Гладкие — понятно, что вода здесь течёт бурно, особенно в сезон дождей.

Наверху увидел плиту, по которой течёт вода вниз, к порогу. Подумал, что по ней можно пройтись и дойти до водопада. Снял кроссовки и носки. Сделал шаг и понял, что идти нельзя. Во-первых, течение. Оно сильное. Во-вторых, камень очень скользкий. Он гладкий из-за воды, на нём растут крохотные водоросли. Неверное движение и ты летишь с порога на камни, ломая конечности. Я уж молчу о том, что камень не везде целый. Кое-где дыры, кое-где трещины. Моё воображение нарисовало мне негативный исход.

Я попробовал поток воды справа, по камням, держась за деревья. И оказался перед большим камнем, с которого открывался вид на дерево, что заслоняло водопад. Далее нужно было либо идти по воде, либо, как обезьяна, пытаться дотянуться до лиан, лезть на дерево. Я посидел, помочил ноги. Думал. Было уже почти 16 часов. Важно было не просто вернуться в светлое время суток, но и доехать до другого водопада. Я развернулся.

Сзади были двое туристов. Парни. Лезли на мой обзорный пункт. Я улыбнулся и пошёл прочь. Только сейчас заметил, что неподалёку чьи-то шлёпки, трусы, следы костра.

Когда забирался наверх снова слушал композиции Алана Сильвестри. В этот раз Preparations:

Не составило труда забраться, несмотря на тяготы спуска. Подъём проще. Человек чем-то подобен кошке. Кошка легко забирается на дерево, но ей тяжело спуститься. Также человек. Когда ты лезешь вверх, ты смотришь на небо, ты смотришь на выступы, на те вещи, что помогают тебе забраться. Когда ты спускаешься, то смотришь вниз, выше риск поскользнуться, тяжело перехватываться за уступы. Либо ты попросту тратишь больше времени на все манёвры.

Я поехал из деревни прочь. Количество бензина было невелико. Стрелка приближалась к букве «E». Меня устрашало то, что я мог попросту заглохнуть на одном из подъёмов и всё. Тащи мопед вверх, ищи бенз, плати вдвое больше. Обошлось. Первая передача решает.

Пока ехал по сельской местности, встретил множество местных. Возвращались с полей, с работы. Все приветствовали, махали. Дети. Как же это круто. Столько добра и позитива от незнакомцев. Завсегдатаям московского метро стоит поучиться. Да, и не только.

С трассы свернул направо. Ехал, пока не добрался до финального пункта своего путешествия — Тад Нам Ток Катамток. Заброшенный заезд, заброшенные дома. Всё сломано. Как будто люди покидали место наспех. Я пожал плечами, припарковался у смотровой. Взглянул на водопад. Самый высокий из всех увиденных мной. Настоящий монстр. Коричневая вода низвергается с огромной высоты. Даже на смотровой стоял гул, хотя водопад находится достаточно далеко.

Я начал спуск. Ни ступенек. Ничего. Только в начале некое подобие. Бамбуковые ветви поперёк деревьев. Лишь за них держишься и спускаешься. Очень тяжело. Лезешь вдоль обрыва. Можно соскользнуть и покатиться, затеряться в джунглях. Я лез молча. Ничего не слушал. Тишина. О людях напоминали разорванные «вьетнамки», окурки, пластиковые пакеты, бутылки. Редко, конечно. Я не знал, радоваться этому факту или нет.

Гул становился громче. Я пересёк два русла рек. Высохшие русла горных рек. О них напоминали камни. Гладкие, отполированные многовековой работой потоков воды. За вторым порогом я почувствовал влагу в воздухе и, схватившись раз за пальму, оказался мокрым с головы до пят. Вода скапливалась на листьях. Импровизированный душ. Под ногами появилась грязь. Бамбуковые «поручни» исчезли давно. Я просто шёл, пытаясь не изгадить свои «убитые» жёлтые кеды, держась за что попало. Поскользнулся, устоял, упершись руками в землю. Руки в красной глине. Я смотрю на них. Вспоминаю, что работает камера. Она снимает каждый мой шаг. Так я и лезу, пока не выхожу на относительно открытый участок. Я вижу, что я проделал 3/5 пути. Самое сложное — впереди. Жижа, мокрые деревья. Нужны армейские ботинки, штаны, что не жалко. Минимум вещей. Футболка, лёгкая ветровка, перчатки, панама. Желательно всё из «Военторга», ибо выкинуть не жалко и, как правило, там продаётся водооталкивающая одежда. Я стоял, снимал. Фотографировал. Сделал несколько попыток спуститься. Тщетно. Я бы попросту погряз в жиже. Рисковал провалиться. Ногу бы засосало и наступили бы времена серьёзных проблем. Оказаться героем лаосской версии «127 часов» мне не улыбалось. Плюс было уже почти 17. Темнело. Я сделал финальные снимки монстра и побрёл обратно. Помыл руки в воде с пальм, вытянул руки навстречу каплям воды, вдохнул воздух, одел наушники и полез. Вскоре я понял, что напеваю песню. Мысленно я вспомнил сцену из того же фильма:

Улыбнулся. Это песня Long Time Sally. Если знать английский, пошловата, конечно, что не влияет на её «заводной» характер.

Не хватало только вертолёта и красного лазера, а также «пушки» за спиной.

Медленно, но верно я взбирался вверх, пока чуть не сорвался у финиша. Спасла пальма. Я держался за бамбук. Сделал усилие, подпрыгнул, дёрнул бамбук, чтобы по инерции оказаться выше. Гвоздь вылетел вместе с передней частью прута. Второй рукой я успел ухватиться за дерево и не улетел вниз. Второй раз был опасен тем, что нога соскользнула из-за неустойчивости камня, на котором я стоял. Когда я убрал ногу, камень с грохотом повалился вниз со склона. Я лишний раз поблагодарил природу за то, что она сделала эти деревья такими прочными и гибкими.

Наверху меня ждал мой байк. Я сел, увидел, что неподалёку притаилась местная парочка. Поскорее ретировался.

Ехал долго. Сделал остановку. Купил соевого молока (не знал, что оно соевое), кукурузы и лимонный холодный чай. Выпил молоко. Расхотелось есть. Причём я просто в какой-то момент понял, что я не пил молоко с 1 мая. Последний раз — в Москве. И внезапно чуть с ума не сошёл от желания испить привычный напиток.

Соевое молоко — очень жирное. Поллитра, и ты не хочешь есть сутки. Калорийно, бюджетно. В гестхаусе я даже малайзийку встретил, что питается, в основном, только соевым молоком. Худая-худая. Но не костлявая, не анорексия.

Местные, продавая мне товары, вновь улыбались. Никто не говорил по-английски. Я пытался на пальцах объяснить, они смеялись над моим видом: весь в грязи, тельняжка в дырках (сначала от падений, веток, потом сам сделал пару дырок для вентиляции во время езды), лохматый, бородатый с арабским платком на шее (чтобы плечи защитить). Кисти сгорели так, что вены выглядят синими.

Прибежал мальчонка лет 5. Говорил немного на языке Шекспира. Стеснялся.

Я помахал на прощание и уехал. Уже вернувшись, купил ещё молока, пошёл во внутренний дворик гестхауса, чтобы встретить Стива и малайзийку. Посидели с джоинтами. А потом зарядили со Стивом разговоров на часа 3. Причём довольно серьёзных. Начали с религии, закончили долговыми обязательствами США. К нас присоединился (по нашему настоянию) один пожилой путешественник а-ля Шон Коннери. Он отпустил один комментарий, когда мы обсуждали религию и смысл жизни. Нам это показалось издёвкой, мы спросили его через час, когда он снова проходил мимо, к чему это было. Он просто пояснил, что это его привычка — отпускать комментарии. Но он не имел в виду ничего плохого. Просто было интересно слушать, как два молодых человека (по его меркам, конечно, мне будет 27, Стиву уже 28) обсуждают такие материи.

Потом к 12 ночи разошлись. Я пошёл спать. Встретил других американцев, что тоже катались на байках. Один заболел. Пытался ему помочь советами. Состояние напоминало моё, когда я был в Сием Рипе. Наутро ребята съехали, но оставили мне треть бутылки своего вискаря.

Такие дела.

ПДД и дороги Лаоса.

Отдельно стоит упомянуть, что тут происходит на дорогах. Одно дело, когда ты пешеход, другое — когда ты водитель. Так вот…

Большинство проблем, которые свойственны российскому вождению, известны и здесь. В частности, самое ужасное — отсутствие привычки сигнализировать свои предстоящие (!) действия сигналами поворота. Это ужасно. Это просто катастрофа. Любые перестроения, обгоны — всё без сигналов. Хорошо, что за годы наблюдения за дорогой с пассажирского кресла я научился некоему «чутью», кто может что предпринять на дороге. Это меня спасло тут один раз. В частности, ехал я 80 км в час, вижу, впереди мопед и автомобиль. Автомобиль едет, но медленно. Обгоняю мопед. Доезжаю до автомобиля, чувствую, что-то не то. Только включить поворотник, чтобы объехать слева, как он начинает поворачивать и только потом включает сигнал. Я резко задний тормоз, через секунду передний. Само собой я выехал на встречу. А если бы я не среагировал? Я бы точно влетел в боковину авто, искалечив и себя, и мопед, а потом платил бы за ремонт мопеда и себя. Правда, я даже не разозлился. Просто уехал дальше. Удивился своему хладнокровию в этой ситуации.

Ещё проблема — много мопедов, но они занимают середину полосы, а не левую или правую часть, чего требуют правила. В итоге сложно иной раз обогнать или просто не понимаешь, что хочет впереди идущий водитель.

Бывает, что автомобили едут не пойми как: колёса на разметке или прямо по разметке. Ну, вы уж определитесь там.

Сущая катастрофа — это езда по встречке, которую пактикуют мопеды. Встречается в 30% случаев. Чаще вечером. Иной раз даже не включают фонарь. Это, простите, полный пиздец и отсутствие чувства самосохранения.

Фуры. Страсть ездить по левой полосе. «Ну, у меня большая машина. Самая большая. Это компенсирует размер моего полового органа, поэтому я буду ехать, где хочу». Кажется, логика в этом. Сколько раз я тут видел подобную ситуацию. В итоге всем приходится обгонять по правой стороне или глотать пыль из-под колёс.

Дороги. Ремонт. Заплаточный ремонт. Гравий, из-за которого улетаешь в занос. Но я ожидал большей катастрофы. В Камбодже ситуация существенно хуже.

Все эти грешки и негативные факторы свойственны и другим странам, где я был: Тайланд и Камбоджа. В Тае водят получше. В Камбодже хуже. Там вообще ад, особенно в Пном Пене. В Лаосе более-менее. Даже в городе.

Как я ездил? С 2008 не сидел за рулём. Сначала робко. 40-50. Потом 60. Потом уже 70-90. Иной раз, когда задница превращалась в камень, ехал стоя по минутке-пятиминутке. Само собой не по гравию, не в интенсивном движении, не в населённых пунктах. Потому что дети, потому что переходят дорогу люди, подростки, детвора, хряки, свиньи, коровы, козы, собаки. Собаки — наитупейшие тут создания. В 30% случаев выскакивали на дорогу либо провокационно себя вели у полотна. Постоянно надо было сигналить. Даже козы (выскочили лишь раз), коровы (просто разок стадо заняло всю дорогу и всё, но уступал место, если «попросишь») и свиньи и то были умнее. Походка последних — наиболее солидная. Как на каблуках. Недаром говорят, что между нами много общего =P

Ещё. Сегодня когда шёл в магазин, встретил шефа. Он подбежал, сказал, что я не оплатил байк. Я ещё позавчера думал, оплатил или нет. Когда возвращал, думал, ну, паспорт у него, попросит деньги, если не оплатил. А он забыл. Однако даже допуская, что я не заплатил, я решил не скрываться и быть честным с этими приветливыми и добродушными людьми. Нехорошо крысить. Делай добро, будет добро и тебе.

Люди.

Американцы. Разные. От Штата к Штату. Техас — религиозные в меру, серьёзные, армия или большая семейная сплочённость, чем восточные и северяне. У южан часто присутствует привычка попытаться тебе что-то доказать. Начитанные товарищи. Компанейские. Легко идут на контакт. Любят подискутировать и обсудить что-то. Однако часто чувствуешь, что с ними надо быть осторожным. Если им интересно твоё общество, считают тебя другом, искренне. Раскрываются не сразу. Очень похожи в этих чертах на россиян, как мне кажется.

Французы. Шумные. Эмоциональные. Трещат без остановки. Без комплексов. Что парни, что девушки. Плевать на чужое мнение.

Корейцы и китайцы. Всегда вместе. Всегда кучкуются. Если по одиночке, то почти никогда не ищут чужого внимания и не присоединяются к чужой компании. То же самое к малайзийцам.

Немцы. Разговорчивы, любопытны. Менее шумные, более серьёзные. Любят выпить, но в меру. Стараются держаться своих, но легко идут на контакт.

Англичане. Нередко высокомерны (если смешанная компания или преимущественно девушки). Если ребята, то компанейские. Вероятно, виной тому алкоголь.

Испанцы. Шумные. Открытые. Компанейские. Забавный акцент. Любят поддержать беседу, но если нет серьёзных разговоров, не начинают их сами (в отличие от американцев). Степень веселья, взаимного понимания в компании, во время тусовок или просто из-за непосредственно отношения к жизни также делает их похожими на соотечественников.

Это мои личные наблюдения о людях, что я тут встречал, с кем я общался.

Комментарии к фото:

— есть что-то мистическое в фотографиях спящих людей (фото № 1);

— Меконг, вид из Паксе (фото № 2);

— водопад Э Ту (фото № 3-8);

— водопад Тад Фане (фото № 9);

— водопад Тад Неуанг (фото № 10-35). Я-русалка (фото № 16) и кавайные сёстры (фото № 35). Сами подошли фотографироваться. Потом я сфотографировал их. Вообще, как вы заметили, я редко делаю снимки людей. Считаю это своего рода вторжением в личную жизнь. Спрашиваю разрешение на фото либо делаю фото только после того, как сфоткали меня;

— типичные деревенские виды (№ 36-39);

— водопад Тад Ло (фото № 40);

— водопад Фа Суам (фото № 41);

— типичная автобусная остановка (фото № 42);

— люди в поле (фото № 43);

— Ват Фу (вото № 44-54). На фото № 46 — источник. Вода течёт сквозь гору, пробивается через камни. Воду можно черпать, пить. Я попробовал. На вкус отдаёт мылом. На фото № 47 слон и его конечность с символом то ли души, то ли огня. Вспомнилась манга Наруто. На фото № 48 разрушенное «убежище» (сэнктюэри). Приспособлено под проживание. На фото № 49 — резьба по камню. Мне показалось, что это дело рук современных мастеров. И фото № 54 — ступени очень крутые. Легко упасть;

— переправа через реку (фото № 55-58);

— памятник какому-то деятелю (фото № 59). Обратите внимание на красную дорожку и флаг а-ля СССР;

— водопад Тад Таисцека (фото № 60-67). Сложный спуск и никого вокруг;

— водопад Тад Нам Ток Катамток (фото № 68-72). Наисложнейший спуск и подъём. Практически вручную. Но это самый высокий водопад в округе (по отзывам).

Затраты: 6,50 (пиво и всё прочее) + 1,25 (кура) + 0,50 (кола) + 4,35 (жильё) + 0,75 (вода) + 1,25 (обед) + 3,10 (бенз) + 4,10 (посещение водопадов) + 0,60 (пепси) + 0,90 (вода) + 3,10 (бенз) + 3 (пиво) + 1,10 (еда) + 5 (аренда + липтон) + 2,75 (бенз) + 7,10 (храм) + 3,75 (паром) + 0,90 (пепси и вода) + 1,15 (молоко и айс ти) + 0,60 (кукуруза) = 60,55 долларов США.

Итого с начала поездки: 26,72 + 60,55 = 87,27 долларов США.

И традиционно:

В рамках рубрики «Туризм без посредников» рад принять любую помощь в любом размере по реквизитам: 4276 3800 2574 8331 (СБ РФ), Кусайко Р.Я. Номер счёта (на всякий): 408 17 810 4 38116618921.
Приключения продолжаются.

Comments

comments

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.