Хайнаньские рассказы. 14 (часть 2)

Видео сделано в г. Хайкоу, где я пока живу. Помогал вне съёмок бригаде. Жаль, толком не поговорили. Был в Москве.

Возвращаясь к тому, что происходило за прошедшие месяцы. В этом посте будет больше о конкретных событиях, также вернусь к некоторым советам для туристов, особенно в части проживания, поездок в Китай.

1. Съёмки.

В июне, за три дня до устной части экзамена по IELTS, я должен был ехать на съёмки в рекламной ролике местного хайнаньского кофе, который производят в деревне в горах в центре острова. О съёмках меня спросила знакомая китаянка. С ней я познакомился в октябре, просто увидев в списке пользователей в группе нашего общежития. У неё была аватарка «Сэйлор Мун», вот, я и заприметил. Выяснилось, она учится на факультете кино. Помогла мне с контактами с учителями и подкинула работку у её бывшего босса. Я согласился. Платили неплохие деньги, сторговались. Проживание и еда включены.

В условленное время меня встретили, поехали на сбор, потом в гостиницу в один из городков в центре острова. Затем на следующее утро (часов в 6) на съёмки. Поехали в деревню, где делают кофе. Угостили кофе. Выпил несколько чашек, сказал, что всё круто. Кофе, к слову, не горький. Вроде не «Арабика» и не «Робуста», а какой-то свой. Не оставляет горечи во рту, немного пряный вкус. От него меня не «колбасило», как обычно происходит.

Поехали к водопаду. По сюжету я путешествовал, гулял, катался, заехал в деревню, увидел девушку в национальном наряде мяо (меньшинство такое, так и произносится мяукающе), она перебирала кофейные зёрна. Я заинтересовался, она повела меня в дом, который оказался кофейной мастерской. Там другая девушка жарила кофе. Далее мне показывают, где кофе растёт. Всё заканчивается походом к водопаду, распитием кофе и заплывом к водопаду.

Как видно, начали с конца. Лезли минут 40, предварительно добравшись на мотоциклах. Наученный опытом Лаоса и Камбоджи, я быстро дошёл до водопада. Начались съёмки — сходить туда, сходить сюда, вернутся туда, повернуться здесь, пофотографировать там, сделать заинтересованное лицо. Всё надо делать естественно, а не как в «Маски-шоу». Управлялись быстро. Я сам удивился. Думал, будут сложности.

В конце мне выдали кофе, я вздыхал, смотрел на водопад, пил кофе и шептал: 我爱飞瀑山,我爱咖啡。»Я люблю гору Фей Пу, я люблю кофе», если дословно. А потом я полез плавать к водопаду. Плавал долго. Прохладная вода была замечательна после духоты. Правда, потом заболел. Но это из-за кондиционера.

Поехали обратно, заехав в деревню. Владелец платнтации и мастер кофе был доволен. В гостинице нам дали минут 30. Я переоделся, позвали кушать. В близлежащей ресторации накрыли два стола. Тут сделаю паузу. Ресторация в китайской провинции, да, и не только в провинции — это помещение внутри и вовне здания. По центру стола стоит сковорода либо уже кастрюля, разделённая на две части. Туда закидываешь продукты, варишь, вместе с бульоном ешь. Это наиболее распространённый вид заведений. Да, в ТЦ они куда более цивильны, но, как правило, просто забегаловка, где привередливому туристу не понравится, к примеру, антисанитария. Всё одноразовое, но на улице, а по улице могут бегать тараканы. Фу, кошмар, ужас. Я в таких ни разу не травился. Это к слову.

В общем, мы сели в такой ресторации, меня определили к ассистенту режиссёра, оператору, водиле и девушке-актрисе, которая была первой встреченной по сюжету. Девушка — типичная, как я их называю, лакированная китаянка. Тоже училась в Хайнаньском университете (и вроде учится до сих пор), очень косит под кореянку. Ей в этом помогают природные данные — жуткая худоба и V-образный подбородок. Контактые линзы на глазах, создающие эффект больших глаз. Накладные веки, белая кожа (или крем для «выбеливания») ну, и т.д. Улыбочки, кроткость, ля-ля-ля. Короче я эту хрень терпеть не могу. Зато старалась говорить по-английски. Я, напротив, после третьей выпитой бутылки пива стал общаться на китайском, пытаться понять собеседников, объяснить им что-то. Было тяжело. Зато это был первый по-настоящему шоковый случай, когда говорить надо. Я начал говорить и моё природное стеснение говорить на новом языке стало потихоньку исчезать.

Рано разошлись, выпив уйму пива. Я как обычно был трезвее всех. Китайцы быстро напиваются с пива и со всего остального, хотя есть исключения. Вставать нужно было также рано. День предстоял напряжённый: нам нужно было идти в джунгли снимать кофейные кусты, снимать в мастерской сцену, за пределами, за пределами деревни, а также в городе, когда я катаюсь на велосипеде.

На рассвете мы оказались у деревни (было жаль покидать двухместный лакшери номер), начали съёмки. В перерывах я гонялся за стаей гусей. После пошли к мастерской, сделали там несколько дублей. Жители деревни стали просыпаться и с любопытством поглядывать на нас. Поймите, жизнь в таких деревнях однообразна. Приезд съёмочной бригады — это событие, праздник. А приезд иностранца — это сродни походу в зоопарк. Зрителей становилось всё больше, но они не вмешивались в процесс. Те, что постарше, расположились в кафе за стеной и с любопытством смотрели на происходящее. Я же просто выполнял требования режиссёра.

Вскоре мы поехали в другое место — в джунгли, где растут кусты с кофейными плодами, из которых потом извлекают зёрна, промывают, выбирают лучшие и сушают на солнце. Ранее я начитался статей о вирусе Зика, о переносчиках вируса. В инструкциях сказано, что нельзя выходить в джунгли без предварительной обработки открытых частей тела репеллентами. Сказано, что необходимо одевать одежду с длинными рукавами, одежду, покрывающую открытые части тела. Само собой, никто из нас этого не сделал. Нас тут же стали кусать комары того вида, который разносит вирус Зика. Я почти нон-стоп убивал их на себе, вокруг себя. К сожалению, не удалось избежать укусов вовсе. Я надеялся, что эти чёрные полосатые сволочи не являются носителями, решил, что если бы было что-то серьёзное, давно бы забили тревогу на острове. Хотя последнее в корне неверно. Китайцы не такие дисциплинированные, как немцы, не такие щепетильные в части болезней, как амерканцы или в целом европейцы. «Умер Максим, да, и хрен с ним», — как говорится.

После джунглей, где старались отснять как можно быстрее, пошли обедать. По пути увидели меж двух пальм паутину большого паучка. Я больших пауков не люблю, поэтому поспешил кушать. В столовой гонялся за цыплятами и поймал одного. Пообедав наскоро, поехали вновь снимать. На этот раз дело обстояло на детской площадке перед школой. Прозвенел звонок и дети высыпали. Увидев нас, все робко стали подходить. Особо досталось мне, как иностранцу — подходили, показывали пальцем, улыбались, прятались. Когда я пытался их фотографировать на «зеркалку» (съёмочный реквизит), убегали.

Отсняв часть материала, к нам приехали машинки, в которые мы после длительной фотосессии с детьми, погрузились и направились в городскую черту. Там оставалось сделать несколько дублей на спуске с горы по дороге и на недавно возведённом красном мосту. Режиссёр поблагодарил меня за работу и сказал, что я могу ехать.

В гостинице ко мне подошла его ассистентка, вручила конверт, попросила расписке и была такова. Вещей я брал немного, поэтому минут через 20 уже сидел в машине и ехал в Хайкоу. Лакированная актриса безвылазно сидела в телефоне, пару раз попросив помочь с английским произношением. На моё предложение подвести её к общаге ответила отказом, перестала улыбаться, попрощалась и больше никогда не выходила на связь. Почему? Потому что связываться и написывать девушкам должны ребята, а не наоборот. Тут в Китае так. Особенно если это лакированная китаянка.

Да, и хрен бы с ними.

2. Написание книги для профессора.

На протяжении первого семестра я ходил на дополнительные уроки по иероглифике. Предмет интересный, в рамках него разъясняется почему иероглиф выглядит так, а не иначе, разъясняется его значение. Предмет ведёт профессор Хан Ганг (или просто Хан лаоши (учитель по-китайски)), который учился в Санкт-Петербурге… В районе 50-х годов, если не ошибаюсь. Профессор уже пожилой, но бодр и полон сил, живёт на территории университета, который предоставляет ему отдельный дом. Профессор каждый год ведёт курсы иероглифики для русскоговорящих студентов раз в неделю (обычно по вторникам), рассказывает о том, как учился в СССР, рассказывает о забавных жизненных ситуациях, происходивших с ним во время обучения. Часто любит сопоставлять китайский и российский образы жизни. Ругает молодёжь и современный уклад. Говорит, все распустились до безобразия, особенно девушки. Я с ним согласен =)

В своё время в рамках подготовки к подаче заявления на китайскую государственную (или провинциальную) стипендию, которую я так и не подал впоследствии, я попросил у Хана лаоши выдать мне рекомендацию. Рекомендацию он мне выдал, но через какое-то время поделился со мной идеей: он решил написать книгу для русскоговорящих студентов о китайских иероглифах. Он нашёл редактора, нашёл издателя. У него есть идея, но нужно наполнение. Он попросил меня записывать его лекции, а, если меня нет, делать своего рода отредактированную стенограмму. Лаоши помог мне, я решил помочь ему.

Соответственно, я иногда уделяю время для помощи учителю. Уже сделано более 50-ти страниц А4. И будет ещё больше. Это важно для меня, поскольку я учусь, лучше понимаю язык, иероглифы, помогаю очень хорошему человеку и получаю бесценный опыт совершенно бесплатно.

3. Бенджамин МакУильямс и его день рождения.

Когда я учился в классе «А», я познакомился с американцем Беном из столицы штата Техас Остина. Мы заобщались и весь первый семестр, можно сказать, дружили. Потом произошло охлаждения из-за его круга общения и пары личных обстоятельств, нас не затрагивающих, зато затрагивающих третьих лиц. На протяжении всего второго семестра мы постоянно обещали друг другу потусить вместе, но не складывалось. Мы ещё как-то виделись, пока он работал в том же баропритоне. Потом ещё реже.

К июлю же, поскольку учёба заканчивалась и большинство разъезжалось, он пригласил меня на ДР, который хотел провести в китайской деревне с организатором всяких восхождений и трипов по Хайнаню, товарищем Сяо Хуэй Хуйэем. Ранее я уже подарил Бену большую матрёшку и свой ромчик. Бен был обрадован.

В общем, в условленное время встретились. Он взял с собой двух таек (они учились с нами в классе «А», но в классе «Б» я был уже отдельно в «Б-2»), наших общих знакомых. Вчетвером, четыре иностранца, поехали в группе китайцев. Предполагалось, что мы будем рыбачить, устроим кемпинг. На деле всё было по другому. Нас привезли в деревню, вожатый и его коллега-водитель стали «рыбачить». Рыбачить означает полезть в высохшее русло к небольшому ручейку-речке-вонючке и руками, сетью ловиь маленьких карпов. Наловив штук 40-50, нас определили в местный сельский дом, где на веранде началась готовка. Сначала нажарили рыбу, затем при нас зарезали гуся, пару куриц, распотрошили, обработали и приготовили. Самый сейшн, когда убивали животных, я проспал. Меня разморило от пива и залез в палатку, где вспотел, как ишак, и пошёл принимать «душ» в туалете (в деревнях, в Гонконге, в маленьких китайских квартирах часто душ и туалет в одном месте — часто душ прямо над унитазом). Снова откушали. Затем нас перевезли на другое, более открытое место. Там накрыли стол. Мы с Беном пошли гулять и любоваться окрестностями с небольшого холма. Пошли по дороге и любовались горами. Пока гуляли, обсудили учёбу (он молодец, знает больше слов и говорит лучше, чем я, правда, произношение хуже), общих знакомых, почему не общались. Он рассказывал про проживание в США, про проблемы, полицию, чёрных, латиносов. В разговоре я понял, что, в общем-то, техассцы очень на русских похожи. Я это и раньше заметил в разговорах с другими встреченными техассцами, но теперь стал убеждаться сильнее. Вообще среднестатистический американец похож на русского. Есть только одна большая разница — у нас надеяться на авось, удачу, дядю, а у них — на себя. Но это постепенно уходит на второй план у иждивенческих слоёв населения.

Вернулись обратно. Нас уже ждали. И тут началось. Сначала просто кушали, потом стали пить, потом китайцы стали поздравлять Бена, по очереди подходить, потом стали фотографироваться со всеми нами, потом подключили колонку и микрофон, начались беспорядочные разговоры, беспорядочные шутки, поздравления и просто какой-то ад. Потом принесли торт, кремовый торт. И Бену измазали лицо этим тортом. Он измазал в ответ. Начался ещё больший ад — пили 白酒 (bai jiu) (белую водку — жуткое пойло), пиво, заедали тортом, раскидывались тортом. Все друг друга мазали. Я с похерфейсом сидел и уминал еду, сколько мог, я был очень голоден, запивая пивом. Мне измазали лицо, но я не подал виду, что почувствовал это. Затем микрофон дали мне, я, как клоун, стал рассказывать о себе, пить за здоровье Бена и просто что-то нести. Все были довольны.

Наконец, нас попросили погрузиться в машину и поехать. В машине мы пили пиво, три раза просили остановить в туалет, я повредил правую ступню и чуть не сломал указательный палец на ноге. Не рассчитал, что канава такая глубокая. Затем отключились, проснулись уже в Хайкоу, доехали до бара, где вместе работали, выпили там за мой счёт, выпили водки с монголом, тоже студентом Хайды, поехали в общагу, забурились ко мне, сидели болтали. Тайки ушли, мы остались пить вдвоём, смотреть рандомные ролики, рандомно шутить. Когда уже оба к 5 утра начали клевать носом, Бен, пошатываясь, ушёл, а я как упал, так и заснул. Ещё бы, пить не переставая с 11 дня.

Это был интересный день рождения.

4. Проводы.

Конец июня и начало июля было временем проводов. Уезжала почти вся общага. И пили мы, мне кажется, четыре дня кряду. Не в усмерть, не до свинячьего состояния (по крайней мере, я), но бодрствовали долго. Началось всё со среды-четверга и не заканчивалось до субботы. Правда, в субботу всё было спокойно, поскольку большинство уже разъехалось и всё было омрачено одним крайне неприятным инцидентом.

Так, в пятницу после баропритона мы поехали в клуб 66. Там всё было превосходно — все были пьяны и веселы. Я даже танцевал. Мой товарищ, который «подарил» мне отёк на глазу, угостил коктейлем, мы приятно проводили время. Затем ребята предложили идти в «Сохо», где нам ночью ранее бесплатно выставили много пива и шампанское (а я держал бокал и молвил: «Давайте, выпьем за любовь!»). Выдвинулись частями: я и ещё три-четыре человека, затем трое, включая моего товарища, бывшего коллегу, с которым дрался в баре я, и ещё одного бармена с баропритона, потом монголы. Скажем, я и моя «компания» пошли в итоге в «Макдональдс», а остальные в «Сохо». Из клуба те быстро ушли и присоединились к нам. В «Маке» я встретил Бена и целую кучу знакомых, постояли, посмеялись. Я покушал и понял, что хочу спать. Плюс в 5 утра свои «пока-пока» надо было сказать в общаге ещё нескольким людям. Я вышел и, спешно сев в такси, уехал. Уже утром я получил аудио сообщение, что моего товарища китайцы избили так, что впору говорить о вероятности причинения смерти. У него были переломаны обе руки, порезана рука, бок, порезана вся спина. Ещё один парень — бармен — был пьян, но смог убежать. Отделался порезанным локтем.

Как выяснилось впоследствии, в клубе что-то произошло. Скорее всего между монголом и китайцами: задел кого-то плечом, что-то какой-то китаянке сказал. На улице, когда мы все уходили, монгол курил. К нему подошёл полноватый китаец и, держа руку под футболкой, сказал, что его ждут на углу для «разговора». На углу клуба стоял другой, более дохлый, в бежевом костюме и одну руку всё время держал в кармане. Монгол отказался. Он пошёл догонять остальных, но китайцы не унимались и пошли следом. На улицу высыпала охрана клуба и развела по сторонам группы (к тому моменту к монголу присоединился мой товарищ и те двое парней, что были с ним). Мой товарищ громко спросил охрану: 你有事吗? («Есть проблемы?») Но сказал он это охране. Китайцы, я так понимаю, расценили это как оскорбление, адресованное им. По словам монгола, они крикнули ребятам: «我找你!» (что можно перевести как «я тебя найду»). Собственно, после 5-10 минут, как я исчез из «Мака», трое ребят пошли ловить такси. На них налетела толпа китайцев. Один из наших сразу побежал и крикнул, что надо бежать. Тот, что был пьян, не сориентировался, пока не получил удар мачете по локтю. За ними бежал один китаец. Мой товарищ побежал в неудачном направлении, наискось от нападавших в сторону клуба. Его ударили по голове трубой, он упал. И начали добивать. Он закрывал голову, из-за чего переломаны все кости на руках.

Полиция, что предсказуемо, сообщили, мол, «я не я, хата не моя». Мол, все камеры на дорогах для номеров, а не для наблюдения. Видео найти невозможно. На дорогах также невозможно. Свидетелей нет. Т.е. всем своим видом показали, что расследовать нападение на иностранца (что тут, в общем-то, не в порядке вещей) они не будут. Клуб никто опрашивать не стал бы, да и то все видео в клубе стираются на следующий же день. На слова одного из китайских заступников моего товарища, мол, как же так, иностранца чуть не замочили, а тут бездействие, полицейский ответил: «Какая разница, иностранец или нет? И вообще, ты сам китаец. Следи за словами».

Исходя из этого мы решили, что китайчики — хайнаньцы-мафиозники из деревень. Вообще, скажу я вам, с китайцами надо осторожнее. Они не дерутся один на один, на кулаках. Всегда в ход идут оружие, биты, палки, мачете и т.д. Всегда фарш. Ну, в лучшем случае, налетают толпой и избивают. Иностранцам надо быть крайне осторожным, в т.ч. в клубе с девушками. Зацепиться можно легко, могут побить даже за то, что ты говоришь с чьей-то девушкой, тогда как она сама к тебе подошла. Лучше всего иметь в друзьях каких-нибудь китайских ферзей, богатеньких. Это легко — нужно просто сносно говорить по-китайски, улыбаться, пить с ними и не игнорить сообщения.

В общем, я был достаточно удачлив, что уехал раньше. В общаге, правда, мои «проводы» продлились минут 5. Я так хотел спать, что засыпал стоя. В комнате я отключился. А товарищ до сих пор сидит дома, лечится, потихоньку всё заживает. Даже несмотря на то, что вправляли без анестезии.

5. Общежитие и начало проблем.

Если бы не проводы, не легкомыслие, с этим связанные, я бы 8 июля не получил первую более-мене серьёзную проблему. Я собирался оставаться в общежитии до начала семестра в сентябре. Это было необходимо для продолжения заготовки рома, который я делал у себя на балконе. Большей частью. И для удобства, конечно же.

В офисе же утром 8 июля мне сказали, что, раз я не заплатил за обучение в новом полугодии, я не могу претендовать на комнату в общаге летом на каникулах. Я попытался объяснить, что каникулы, в общежитии никого нет, но мне ответили, что нужно проверять комнаты, убирать и готовить к приезду «новых студентов». Офис неоднократно намекал на «новых студентов». Обращаю внимание, до 2015 в Хайде училось мало иностранцев. Приезжали, в основном, по программам обмена. Мало кто приезжал учиться сам. В 2015 много студентов приехало учиться на коммерческой основе на годовые курсы из стран бывшего СССР. У офиса это вызвало «головокружение от успехов», поскольку на иностранцах университет делает неплохие деньги. Для сравнения — полгода проживания (без учёта каникул) в общежитии для иностранных студентов стоит 3200 юаней (грубо, 32 000 рублей). Полгода проживания (без учёта каникул) в китайском — 800 юаней (8 000 рублей), т.е. в 4 раза дешевле. В китайском в комнате живут по четыре человека, общие ванные на этаже, нет кондиционера. Тем не менее, стоимость выше в 4 раза. Само обучение стоит за полгода 6 600 юаней на полугодовых курсах китайского.

Мне ничего не оставалось, как попросить Хана лаоши помочь. Профессор оперативно на велосипеде прибыл к офису, я объяснил ему ситуацию. Он посетовал на моё легкомыслие, но обещал помочь чем сможет. По чистой случайности мимо проезжал замдекана. Лаоши говорил с ним полчаса. По итогам сказал, чтобы я прибыл в офис в 16:00 и поговорил с Ю Феем, заведующим в части проживания. Профессор пожаловался, что его мало кто тут уважает и принимает всерьёз (из руководства). В своё время деканом и замами были его знакомые, с которыми он мог решить все вопросы. Но сейчас пришло много молодых, которые думают, что он старый чудак. Это к слову об утрате уважения к старшим среди молодых китайцев. Также лаоши сообщил важный фактор: если в Китае принято какое-то новое правило, из него не принято делать исключений, отыгрывать назад, даже если прошёл всего один день, несколько часов, минута. Это отличается от России, где исключения из правил есть всегда. В Китае они тоже есть, но исключительно за деньги. Никакими разговорами и жалобами, просьбами никого не разжалобить.

К примеру, тот же Ю Фей и вообще офис у нас сплошь взяточники. Можно отвалить денег и ничего не делать, не учиться, не появляться. Но тебе даже слова никто не скажет. Так у нас делает ряд родителей в отношении своих чад. В моём случае это не сработало бы.

В общем, пришёл я в офис. Ю Фей сделал вид, что он ничего не знает, не знает ни о каких разговорах никакого профессора с никакими замдеканами. Я ему объяснял по-английски. Причём этот мудак понимает по-русски, при этом вечно включая дурку. Я сторговался на неделе, по истечении которой покину общагу. Пошёл в банк платить. Чтобы оплатить квитанцию, пришлось отсидеть час в очереди в ICBC банк. А вы говорите: «В России очереди». После вернулся в общагу и показал аишкам (тётушкам-консьержам) квиток. Вот, кто-кто, а они посочувствовали. Вопросов за год проживания не задали ни разу. Я им и алкоголь, сделанный своими силами, носил, и вермут свой носил, и улыбался, и всегда здоровался. Это важно. Ведь в общаге теперь на каждом этаже камеры, да и инфо они сливают полиции. С маленькими людьми надо дружить!

В тот же вечер попросил коллегу вызвать грузовик. Вывезли наиболее габаритное оборудование на работу. Я всё там расставил, вернулся в общагу и стал потихоньку собираться. Сборы заняли как раз неделю. Заказал два чемодана — побольше и чуть меньше. Еле уместил. Не уместились книги. Часть коробок я поставил у товарища-филиппинца Майкла, что учился и жил в Москве. Чемоданы у подруги из Индонезии. Самогонное оборудование ночами носил бельгийцу, что оставил секретный ключ от своей комнаты. Жаль, что пришлось покидать общагу. Я только починил там кровать…

Мораль какова? Я проявил легкомыслие и не потрудился заранее озаботиться вопросом оплаты общежития на каникулы. Виноват сам. Расслабился. И в итоге создал проблему своими руками. Но нашёл решение. См. ниже.

Резюме: если вы выезжаете за рубеж и учитесь за рубежом, крайне осмотрительно подойдите к вопросу о проживании, поскольку от учёбы зависит ваша виза, от проживание ваше стабильное моральное состояние и некое ощущение спокойствие за нажитые непосильным трудом вещи.

6. Аквапоника.

Пока я искал место для проживания Майк и индонезийка сказали, что нашли одного фермера из Гонконга и США, который хочет в Хайкоу обустроить бизнес. Он собирает себе работников, которым бесплатно предоставляет жильё и еду, а также небольшую зарплату в обмен на помощь в строительстве аквапоник-фермы, уборке территории и готовке. Я с ним встретился, поговорил и свёз ему часть наиболее важных вещей. Я его предупредил о графике, о подработке в баропритоге, обо всём. О том, что мне надо ехать в Гонконг. Он вошёл в положение. К слову, он держит со мной связь до сих пор, спрашивая, как я тут. Я признателен.

Я согласился на предложение, поскольку, пока ищу работу в Шанхае, должен где-то работать и жить, как-то копить деньги. А это предложение — прекрасный шанс что-то новое узнать, обзавестись новыми связями людей из Гонконга, жить и питаться бесплатно, попрактиковаться в готовке. Кстати, я уже там готовил шурпу, что вызвало восторг у всех.

В следующем посте я отдельно расскажу о том, что проблемы меня преследовали (начали преследовать ещё с той драки — своего рода едва-едва звоночек) и настигли в Гонконге.

01-07 — «Джунгли зовут!» (С.Супонев).

08-09 — пойманные цыплята и… Мотылёк? Моль?

10 — съёмки в мастерской.

11 — сертификат владельца кофейни. Обратите внимание на компанию. Топер. Я сразу подумал о кино «Горячие головы» в озвучке Володарского и момент из фильма.

12-13 — детвора.

14-15 — съёмк на мосту. Окончение моей работы в «поле».

16 — работа над озвучкой, к которой меня подключили позднее. Озвучка на английском и китайском языках в моём исполнении.

17-32 — фото на «зеркалку», что я сделал во время съёмок.

33-34 — ДР Бена. На втором фото слева Бен.

Comments

comments

2 Comments

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *